Mass Effect: Deep Space

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Mass Effect: Deep Space » Residential quarter | Жилой квартал » Апартаменты №36.


Апартаменты №36.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

-

0

2

"Слишком уж доверяться ему явно не стоит" - неспеша (времени в запасе было не сказать, чтобы много, но вполне хватало) двигаясь в сторону жилых кварталов, Джон мысленно повторял слова Миранды, которые она сказала ему, стоило только таинственному информатору снова выйти на связь. Он слишком долго молчал со времени своего последнего появления. Так долго, что и Шепард, и все остальные, кто знал об этом загадочном субъекте, подумали было, что «Цербер» (а этот человек являлся сотрудником именно этой организации) уже успел вычислить в своих рядах лазутчика, и избавиться от него самым простым, но очень и очень действенным методом. Тем самым, которым террористы привыкли наказывать за оплошность. Да-да, коммандер уже начал свыкаться с мыслью, что этого «помощника-из-ниоткуда» уже нет в живых, как вдруг он снова появляется на горизонте. И мало того, что появляется - действительно помогает Нормандии уйти от столкновения с оперативниками "Цербера", на которых корабль Альянса уж точно бы наткнулся в своём путешествии по просторам Галактики. Стоило ли это того, чтобы начать доверять ему? И всё-таки нет. На чьей бы стороне он ни был - это всё равно агент Призрака. А доверять террористам - дело крайне рискованное, за которое в последствии можно дорого заплатить. Несмотря на всю свою полезность, которая виделась в нём Шепарду, брататься с ним явно не стоило. По крайней мере, пока.
Поэтому, когда «доброжелатель» предложил встретиться на Цитадели, Джон воспринял это с должным скептицизмом. Встретиться. На Цитадели. Один на один. Не хотелось, конечно, думать о плохом, но эта встреча очень даже может оказаться всего лишь предлогом, чтобы заманить коммандера в ещё одну засаду, ослабив бдительность офицера помощью ускользнуть от первой. Поразительно плохого мнения «Цербер» о коммандере, если думает, что он, расслабившись, откроется для удара. Но побывать на этой встрече всяко стоило. Всё же любопытство касательно того, какие сведения так называемый крот может предложить берёт верх, тем самым заставляя Нормандию брать курс на Цитадель.
Пользоваться услугами такси мужчина не стал, отдав предпочтение прогулке до обозначенного места встречи на своих двоих. Развеяться. Подумать о расставленных приоритетах. Об Инкогнито, которого он увидит уже совсем скоро. О Совете, который уже довольно долго наседает и требует рапорта о выполненном задании по устранению Далатрессы. О жертве Клавиуса Черрчера, которая уж точно не должна остаться неоправданной. Неважно, как и когда, но коммандер обязательно вернёт должок террористам. Это – та малость, которую Джон может сделать для уже покойного турианца, который помог ему вновь обрести свободу.
И, конечно же, то, что мучает его уже очень давно – Жнецы. Галактика не готова. Она разрозненна. Компромисс и единство, так необходимые в данный момент, достижимы. Но, опять же, всё упирается в представителя саларианцев, которая всеми силами старается помешать. До ужаса упрямая, она, как и остальные члены Совета, не видит опасности. Закрыть уши и гнуть свою линию – это их метод. Метод, который Шепард ну никак не может принять. Цитадель знала об этом. И именно поэтому и отправила к нему спектра, дабы предложить нечто такое, что тот обязательно примет. И тут даже сомневаться не надо было, что офицер согласится. Если взвешивать все «за» и «против», то устранение Далатрессы – наименьшая из зол, по сравнению с угрозой, нависшей над всей Галактикой.
Поглощённый мыслями, быстро сменявшими одна другую, он достиг пункта назначения. Апартаменты с номером тридцать шесть.
К удивлению Джона, дверь была открыта, и металлические створки разъехались в стороны, когда офицер подошёл достаточно близко. Миновав порог, он оказался в просторной комнате, выполненной в двух цветах – белом и чёрном (белого всё же больше). Казалось бы, в преобладании светлого тона разглядеть высокую фигуру в абсолютно чёрном плаще не составило бы труда, однако неизвестного коммандер заметил в последнюю очередь. Потому ли, что и стоял этот кто-то достаточно незаметно, или же по причине своей невнимательности? Этого он не знал, но не хотелось бы, чтобы ответ скрывался во втором варианте. Сейчас требуется максимальная собранность.
- Добрый день, - поздоровался Шепард, шагнув вперёд, - Надеюсь, что думаю правильно, и именно с вами я сейчас должен встретиться.

+1

3

* прошу прощение за задержку.
музыкальное сопровождение: Guano Apes – All I Wanna Do; Scala & Kolacny Brother – Self-fulfilling Prophecy.
цитата: Людям, что живут под дулом пистолета - не сбежать, никуда не уйти! И странник, затерявшийся где-то, окончательно сбился с пути.
Too bad we are born to satisfy,
And when the truth wakes you up,
And it gets hard to believe.
I'm gonna kick you off the line
Cause you're under control -
Put your fist in the sky,
If you want the control.


- Я должен был убить Джона Шепарда.
Мерсер усмехнулся, разворачиваясь к долгожданному посетителю лицом - плащ тихо шуршит, оплетая тело, закованное в чешую лёгкой брони. Усмешка эта ядовитая граничит с оскалом зверя, готовящегося к броску. И незаконченное "но ведь не убил" - так и застывает между двумя собеседниками в полной тишине. Застывает той самой статуей, которую не сдвинешь с места - тем самым знаком, сухим фактом, который никак нельзя проигнорировать или пропустить мимо ушей. Адепт, стягивая капюшон с головы, словно срывая вторую кожу - являет миру своё лицо. Бледный, словно сама смерть - а под глазами тёмные круги. Мерсер давно был похож на мертвеца.
Он плохо спал - каждый раз, прежде чем заснуть, слыша колыбельную древних машин. Он слышал чужой зов и откликался на него, наблюдая во снах, как машина изменяет его. Древний Бог, у которого свои собственные планы на этот мир - искалеченный Бог, который желает низменной мести.
Смех гулким рокотом разливается по комнате - а когда Шепард выходит к середине комнаты, напряжённый, словно струна скрипки у музыканта, что совершенно не умеет настраивать инструмент (а может не музыкант он вовсе, а подставное лицо?), двери с осторожным шорохом закрываются за его спиной. Один на один - с неизменным стуком сердца в ушах. Грохот боевых барабанов, от которого хочется сжать голову руками, сдавить - расщепить на молекулы. Не нужно больше шёпота, не нужно больше скрежета. Хватит говорить, Безумный Бог!
Он вновь обращается к Шепарду, с трудом возвращая себя в сознание. Усталый взгляд плывёт - а картина размывается, не желая складываться в чёткое изображение. Это как применить инструмент "размытость" на фотографии или уронить её в водоём - вот-вот размякнет и разорвётся.
У Мерсера было одно единственное задание - вот Шепард, вот разрешение на его убийство. Но вместо того, чтобы ударить в спину, он отсылает Миранде Лоусон конфиденциальные данные, скрываясь от правосудия. А потом - ещё и помогает Нормандии уйти из под обстрела, в котором она неизбежно пострадала бы. Мерсер играет по своим правилам - и это грозит ему смертью. Зажат с обеих сторон - идёт по каменному мосту толщиной с "волос" - шаг вправо, шаг влево и в пропасть лететь целую вечность. Вечность. Как же он ненавидит это слово.
Голова разрывается болью - мигрень рвёт на части, пытаясь впустить сквозь кожу смертельный яд. Алекс глухо рычит, прикладывая ладонь ко лбу, оскалившись - ему не нравится то, чем он сам не может управлять. Он привык контролировать своё тело, пусть не эмоции - но уже этого вполне достаточно. Он рычит, стараясь не выпускать Шепарда из под надзора - кто знает, что может выкинуть этот мудак.
Никакого взаимного уважения нет и в помине - может быть, восторженная настороженность и какой-то совершенно неуместный страх. Мерсер не хочет умирать, но он устал. Так устал.... Хищные черты лица на мгновение смягчаются, выдавая в агенте Цербера самого обычного человека - в голове которого творится настоящий хаос. Он не знает - верить ли шёпоту, который сводит с ума. Сверлит и сверлит - будто чёртова дрель!
У него есть миссия, которую он провалил успешно не один раз - и даже не два. Призрак следит - и взгляд его чувствуется буквально спиной. Мерсер заставляет себя выпрямиться, чтобы взглянуть Джону Шепарду в глаза - много спокойнее, уравновешаннее - приступы агонии отступают в какой-то момент на второй план. Мерсер чувствует себя шизофреником - и едва ли думает о том, как выглядит это со стороны.
- Если бы перед вами было три двери, Шепард. Какую бы вы выбрали? Допустим, одна ведёт к дополнительному знанию о величайшем враге. Вторая - уводит к бывшим товарищам. А третья - к тому, кто ставит палки в колёса и вскоре ударит в спину. Что бы вы выбрали, Шепард?
Алекс Мерсер - он же проект "Зевс". Он же - Джок Мак-Манвери. Смотрит неотрывно, а в усталом взгляде всё меньше остаётся чистого, нетронутого безумием разума. Он похож на труп - это же заметно сразу. А трупы просто так не разгуливают по этой земле. Нет ли рядом некроманта, дёргающего за ниточки? Нет, пожалуй, нет. Мерсер из тех неупокоенных душ, что встают сами собой и рыщут - в поисках мести. Мстительный дух, не желающий покидать земной ад ради пустоты и успокоения.
Всего лишь демон, что смотрит безразлично - и когда тень падает на это бледное лицо, кажется, будто глазницы его совершенно пусты - что в них лишь непроницаемый оникс, который пожрал лазурь. Бирюза гневно плещется на дне - словно спирт у стенки стакана. Безупречно чистой - или загаженной настолько, что оттереть её уже никогда не получится.
Нет, стойте! Верните джаз и заберите шёпот! Верните ту самую музыку, которая заставляла жить, шаг за шагом двигаясь вперёд. Но в голове мигрень взрывается немой болью - и кричит Безумный Старый Бог, который облачён в механическую оболочку. И недружным хором вторят ему послушники - одурманенные, что задыхаются в крике. И к горлу подступает тошнота, когда Алекс представляет себя среди них - одинаковые, словно бы братья, а вместо глаз - лишь холодный свет неона. Бирюза молит - в бешенстве и информатор гордо вскидывает голову, выныривая из этого омута. Он не опустится до простого "помоги мне". Он не опустится до страшного "вырежете это из моей головы". И сойдёт с ума, умирая в собственных снах. Раз за разом, пока это не станет привычно. Пока черви не сожрут внутренности, а сам он не превратится в хаска.
В Алексе до сих пор не было тех технологий, что в него собирался внедрить Цербер. Не было той интеграции, что ему обещали - последний шанс, Мерсер. Если ты справишься с этим заданием - то не станешь роботом под управлением хозяина. Или же встанешь на сторону врага и станешь заклятым врагом. Расист горько усмехается - ему не нравится ни один вариант. Кто пишет правила игры?
- Кстати. - добавляет он хрипло и судорожно потирает шею, словно бы чувствуя на ней удавку. - Зовите меня Зевсом.

+1

4

Должен был убить Джона Шепарда. Убить. Должен был. Смысл этих слов дошёл до офицера сразу, но раз за разом они отдавались гулким эхом в его голове, отталкиваясь от стенок черепной коробки, приходя в хаотичное движение, периодически соприкасаясь друг с другом и корой мозга.
Он потерял бдительность слишком быстро, сыграв, таким образом, так, как было нужно "Церберу". Поверив в благодетель неизвестного, он сейчас расплачивается тем, что угодил в ловко расставленные сети. Один на один с неизвестностью. Нет, не один на один с террористом. Неизвестно, действует ли он сам по себе, или сейчас здесь появятся его соратники, тем самым, сведя к минимуму все шансы выбраться живым.
- Если должен был, то почему не сделал? - обычный интерес, с целью прояснить ситуацию. В конце концов, шанс у этого был. Он мог закончить с этим ещё на подходе "Нормандии" к Цитадели. Но вместо этого он помогает. Смысл? Быть может, дело в честолюбии? Так оно, или не так, но тогда он здорово помог. Однако сейчас всё складывается таким образом, что доброжелатель быстро становится врагом, и вероятность столкновения резко подскакивает вверх.
Незнакомец показал себя. Белое как простыня лицо, круги под глазами - настолько тёмные, как если бы он нарочно подрисовал их себе карандашом. Вообще, всем своим видом агент давал понять, что с ним что-то не так. Он точно болен. В физическом ли плане, или же в моральном... а может, всё и сразу, но факт остаётся фактом.
Смеётся. Он смеётся, а коммандера сковывает напряжение. От этого хохота тело прошибает холодный пот. Незримые, до жути холодные нити проникают под кожу, цепляясь за каждую клетку, каждый нерв, каждый нейрон. Холодно. Мерзкое напряжение сдавливает со всех сторон, не даёт пошевелиться. Как будто через трубку протягивают. Даже голову повернуть довольно проблематично. А потом раз - и отпускает, и вот уже Шепард подходит ближе, в то время как за спиной тихо шипят закрывающиеся двери. Красный голографический знак. На замок. Оно и понятно - сначала отрезать все пути к отступлению, а там уже всё само по себе пойдёт.
Их взгляды встретились - сосредоточенный Джона, старающегося держать себя в руках и не показывать своего замешательства, граничащего с потерей самообладания и совершением необдуманных поступков, и мутный, поплывший - этого парня, что сейчас изо всех сил старается прийти в себя и не выпускать цель из поля зрения.
Контроль над ситуацией – то, чего сейчас не хватает. Не хватает обоим. Но смогли бы они правильно воспользоваться, предоставь его им? Уверенности нет. Ни за агента, ни за себя. А всё потому, что практически невозможно по-настоящему понять, что такое контроль, пока не потерял его.
Спазмы. Спазмы сжирают беднягу, раз за разом дёргая его, заставляя содрогаться во время особо сильных проявлений. Отчаянная, но безрезультатная борьба сделала его таким, каким он сейчас предстал перед солдатом Альянса – бледным, будто бы неживым, похожим на вурдалака из многочисленных земных легенд. Его становится жалко, но следом приходит и понимание того, что ему, скорее всего, не нужна ничья жалость. Только возможность прекратить творящееся с ним безумие. Пуля в висок? Наверняка он подумывал об этом раньше. И если до сих пор жив, значит, заканчивать так не желает. Но всё к тому идёт. Шепард уже нащупал возвращающимися из оцепенения пальцами рельефную рукоять «Хищника». Ну же, давай, всего одно неверное движение, и мы вместе положим этому конец…
Но информатор, судя по всему, смог. Переборол одолевающие боли. Выпрямился. Снова посмотрел в глаза Спектра. В чертах его лица мелькнула большая человечность, нежели та, которую Джон увидел, стоило тому откинуть капюшон. Но долго ли он продержится?
- Вы готовы предоставить мне один из этих вариантов? Если так, то смотря, что подразумевается под каждым.
Не терять самообладания. Недуг делает его ещё более опасным и непредсказуемым противником, тем паче, что коммандер не знал, чего можно было от него ожидать.
Повисшая тишина. Глухой бас бьющегося в груди сердца. Совсем не тяжёлое, но отчётливо слышимое дыхание. Будто бы наложили фильтр, убирающий лишние шумы. И нет ничего вокруг. Только они двое, стоящие друг напротив друга – один, тщательно скрывающий нарастающее напряжение и тревогу, и второй, старающийся успокоиться хотя бы на время. Шепард и информатор, которого, как выяснилось, зовут…
- Зевс?

+2

5

Хочется пить, точнее, нажраться…
Муравейник сделал меня одиночкой,
Все его 5 и 5 миллионов
Повернулись ко мне спиной. (c)

Интересный вопрос из уст Спасителя Вселенной. Героя Галактики! Вурдалак, притворившийся Мерсером, ухмыляется мерзко - так хищно, будто он вот-вот сорвётся на собеседника и пожрёт его к чертям собачьим. Перекусит глотку, вырывая кадык. И пальцами огладит дёргающееся в судорогах тело - по плечу или по животу, распарывая его. Нравится компания, Шепард? Он ощущает, как по венам струится жидкий яд, замораживающий, словно азот. Он жрёт изнутри - Алекс чувствует, что его заменили. Подставное лицо, которое он сам выдал за правду. Бешенство, сухое раздражение, лютая ненависть - беснуются, как пасти трёхглавого пса. Он беззвучно рычит, отворачиваясь - его тянет в драку, на месте стоять всё равно что застрять в болоте. Он так боится болота.
Страх поднимается клубком ядовитых змей - за спиной перешёптываются призраки. Смеются, мать их! Алекс едва заставляет себя не сжаться в комок, в тщетных попытках разорвать голову руками. Но тот, другой, не позволит. Он едва удерживает себя от того, чтобы не кинуться на чёртово стекло в порыве - раздолбать себе череп. Он смотрит сквозь полу-прозрачные окна, даже не думая бороться с вурдалаком. Стоит закрыть глаза - и вот она, рябь. Белесое полотно, белое ничто с прожилками серого. Оно ждёт - стоит только совершить досадную ошибку, дать слабину - и оно дерьмом вливается в душу, словно сквозь прорванную канализацию. Мра-азь.
На самом деле, это не вурдалак. Его пергаментная кожа не покрыта гниющими впадинами и разрытыми язвами. Он ещё жив, несмотря на то, что ощущает себя трупом. Скорее, к Алексу ближе баргест - мстительный дух. Псина, ходящая вдоль дороги - в полусне. Псина. Цербер. О, Цербер - как много в этом слове сплелось! Нет, ну нахер.

***

- Помнишь меня? - белая рябь фонит так же, словно хренов счётчик Гейгера. Слишком знакомо. Мерсер разлепляет глаза и думает, что ослеп - настолько бело кругом. Или, когда слепнешь, должно быть темно? Какая разница, если всё равно не за что зацепиться взглядом. До тех пор, как из этой белой пустоты не выныривает мутная фигура. Тяжёлый, мучительный стон - в обоих реальностях - мальчик, добро пожаловать в Ад.
Он приближается - рывками, словно кто-то нажимает быструю перемотку к следующей части на пульте от телевизора. Он обходит Мерсера по кругу, странно смахивающему на овал - и словно товар, осматривает. Маленький мальчик в капюшоне - с улыбкой маньяка, с улыбкой убийцы. То самое "нечто", которое разрывает изнутри, заставляя вены вскипать. Мерсер помнит уговор.
Алекс давно мёртв - и только эта энергичная дрянь заставляет его двигаться. Сидит внутри, как чужой из старого фильма начала двадцать первого столетия и управляет каждым движением. Маленькая ложь самому себе, тонкая игла, давящая на гниющий нарыв. Только не снова, только не сейчас. В прошлый раз, когда эта тварь появилась в голове, Мерсер едва не сдох - он раскаляет имплант, разгоняя этот кусок металла до максимальных температур. В башке - пустыня и жара, и даже во рту пересыхает, превращая голос в тихие хрипы.
- Трудно не помнить самого себя.

***

В мыслях - "Да, Зевс", звучит неожиданно снисходительно. Словно бы Мерсер разговаривает не с героем, а с маленьким ребёнком. Ах да, Алекс же ненавидит детей. Он не поворачивается к своей цели лицом, предпочитая смотреть в окно - так легче сдерживать себя. Судорожно белеют пальцы, когда он сцепляет их за спиной. От разведчика веет биотикой - и только дай кто-нибудь ему повод, чтобы размазать собеседника по стене. Как масло на хлеб - проще простого. Но он здесь не за этим. Бешеный шизофреник разговаривать пришёл, вроде как. Жаль, что это "вроде как" никогда не работает.
Кто-то сломал кнопку выключения злости, превратив Мерсера в клубок ядовитой ярости, горящий, поджигающий самого себя - только попробуй прикоснуться и сдохнешь в страшных муках. Хочется крови, брызжущей в разные стороны - загадить ею пол, слизать - грязно, неуместно, с чёртовым сексуальным подтекстом. Мерсер сжимает зубы - ему слышится шум, а может быть - не только слышится? Может быть, шпионы повсюду? Господи, как же хочется ржать.
В честь смелого Шепарда хочется сложить целую оду или хотя бы пошлый стишок. Желательно с матами. А потом выпить - напиться до того состояния, в котором не то что белый шум видится, в котором хочется сдохнуть от передозировки наркотиками, которые тебе вкалывают шлюхи. Хочется, хочется... Как же много идей и так мало времени - если оперативники Цербера просекут, что Алекс играет не по правилам, он вряд ли спокойно доживёт до этой славной смерти - его руку не разорвёт шприц. Не исколотую. Такую чистую - не то что у тех, кто колется каждый день. И как неуместно всплывает ассоциация с девственницей, которую угораздило попасть в бордель.
Не нужно даже поворачиваться, чтобы воспроизвести черты лица Капитана в голове. Со своими небольшими дополнениями - на взгляд Мерсера, более привлекательными. Этому человеку чертовски пошли бы выжженные шрамы и похабная улыбка, но он это держит при себе. Зачем подавать дельную мысль? Ведь тогда он пропитается к нему такой симпатией, что хрен уже ударишь в спину. Очень выгодно для Джона. Но он добряк - полная противоположность баргеста Алекса.
- Жнецы. Планы Цербера. Серый Посредник. Выбирайте, Капитан! - смех прёт из всех щелей, как-будто любезно кто-то подталкивает под задницу, но разведчик заглатывает его, усилием заставляя себя сохранить более менее спокойное выражение лица и прямую спину. Только не говорите, что этот хрен до сих пор не знает. Так не знает? Как бы было забавно - рассказать ему, что некий Джейкоб Тейлор мёртв. И кто бы мог подумать - от чьей руки? От руки вашего покорного слуги. Но Шепард не может этого знать, а Алекс ещё немного помолчит.
А ещё он вряд ли признается, что знал когда-то Кайдена Аленко. Хорошо знал, хоть и не считал другом. Но ведь и Аленко мёртв, верно? Так какой толк теперь вспоминать мертвеца.

+1

6

Эта его ухмылка... нет, даже не ухмылка - хищный оскал, оскал охотника, загнавшего жертву в угол, и решив немного с ней поиграть. Кто у нас в роли жертвы догадаться совсем нетрудно, но Джону сейчас совсем не до игр. Тем более, таких, в которых на кон ставится его жизнь. У этого парня задание - убийство Спектра-человека, и сейчас у него есть все шансы это задание выполнить. Один на один (пока, во всяком случае), в закрытом помещении, даром, что просторном, тем паче, что Джон сейчас как никогда открыт для прямого удара. Однако чтобы достать коммандера, придётся попотеть, потому что он не из тех, кто так легко распрощается с жизнью. Второй жизнью. Однажды он уже умер. Так просто. Так нелепо. Задохнулся по вине разгерметизации шлема. И сейчас, стоя перед своим предполагаемым убийцей, он сделает всё возможное, чтобы если и не выжить, то продать свою жизнь как можно дороже.
Пусть будет проклята тишина, давящая сейчас со всех сторон. Пропади она пропадом, забрав с собой всё прилагающееся. Пусть тупит голову суровым беззвучием, но недолго – всему бывает конец. Так пусть и она закончится. Пусть растворится в приглушённом шуме автомобилей, пролетающих перед окнами. Пусть исчезнет в леденящем хохоте так называемого информатора. Пусть оборвётся. Оборвётся чем угодно, только вытащи его, Джона, из незримой сферы, в которой он в фоновом режиме слышит только собственное прерывистое дыхание. Что угодно, но повисшее в воздухе молчание не должно продолжаться. Но как его прекратить? Чем его прекратить? И говорить-то лишний раз не хотелось. Да и что тут сказать? Он в засаде. Напротив - агент "Цербера", сначала представившийся информатором, а затем показавший своё истинное лицо, раскрыв личину убийцы командира "Нормандии". И разговор с ним вроде бы и короткий, но в то же самое время Шепарду нужны ответы. Именно поэтому в сторону Зевса ещё не смотрит дуло пистолета. Именно поэтому оружие ещё покоится на бедре Спектра. Цепной пёс Призрака ещё не всё сказал.
Ну же, не молчи, чёрт бы тебя побрал! Дай, наконец, ту точку, от которой можно оттолкнуться в этом диалоге. Разорви тишину своим ответом.
Но он не спешит. Вместо этого молча смотрит в окно. Размышляет, подбирает слова. А ведь всего-то и нужно, что объяснить, что это всё значит, какой выбор он даёт коммандеру, какие цели этим преследует, в конце концов, потому что в голове ну ни в какую не укладывалось, что он может делать это только лишь из самых чистых побуждений. Ангел-хранитель, если ты и правда существуешь, то сейчас самое время тебе смеяться. Долго и громко смеяться, потому что где-то в глубине души что-то подсказывало, что не надо сюда идти. Но ведь любопытство… чёртово любопытство взяло верх. Тем более что Зевс сделал смелую и умелую попытку втереться в доверие. Умело сыграл на знании характера Шепарда. А ты, Джон, расплачивайся теперь за свою эту излишнюю доверчивость, за свою эту широту души.
- Планы «Цербера»? Да ладно? – непонимание и скептицизм в голосе, - И ты вот так просто сольёшь мне эту информацию, если я скажу, что хочу её получить? – Шепард прищурился. Неужели агент всё же ведёт двойную игру? Если так, то это вполне объясняет, что он до сих пор не попытался убить цель. Впрочем, нет никаких гарантий, что он этого и не сделает, и что всё сказанное не останется в этой квартире. Но надеяться на лучшее всё же стоит, да и момент подходящий, в принципе.

+1

7

- А почему бы и нет? - ядовитым шипением озлобленной кобры замечает Мерсер, явно оскорблённый этим неожиданным недоверием. С другой стороны, такой ход был вполне ожидаемым. Но менее раздражающим от этого не становился. Да к чёрту! Его раздражало всё вокруг - и этот Шепард, якобы Спаситель Галактики, которого можно было запросто разорвать на две неровные части, на двух Шепардов поменьше и глумиться над трупом сколько вздумается - Призрак похвалил бы. И подвох, который витал в помещении - он касался уха агента языком и что-то там шептал, но Алексу некогда, у него и своих шепотков в голове хватает. И смотреть на собеседника не нужно, чтобы спиной прочувствовать весь тот скептицизм, что застыл в его взгляде. - Если так проще, я потребую плату. Как-нибудь потом.
"Когда придумаю достойную цену", мысленно заявляет от про себя.
Адепт буквально спиной ощущает неладное - словно бы провидение дышит прямо меж лопаток, услужливо замораживая позвонки. И вся агрессивность куда-то уходит под натиском беспокойства. Сворачивается в тугой комок под прессом ожидания неизбежного. Туда же отходит суеверный страх и нервозность. Тревожно - опасность где-то рядом. Мерсер шумно втягивает носом воздух, словно почуявший добычу хищник и сплёвывает, нисколько не заботясь о сохранности чистоты пола в апартаментах. Да даже если тут лужи крови будут, никому нет никакого дела. С откровенной прохладцой в голосе, он начинает говорить:
- Неделю назад большая часть ударных отрядов "Цербера" была отправлена на интеграцию. Сначала мы полагали, что это курс усиленных тренировок. Всё оказалось куда сложнее. Призрак использует импланты, чтобы усилить своих людей. - агент замялся. - Чтобы усилить нас. Нетрудно догадаться, на чьих технологиях они основаны.
Алекс хмыкнул, сжимая ладонь в кулак и рассматривая выпирающие из под лёгкой брони костяшки пальцев. На самом-то деле, это было вовсе не костяшками, а дополнительным слоем специального покрытия, которое должно было защищать руку агента при рукопашной схватке. Заказ на это улучшение поступил после того, как несколько агентов лишились рук. Весело было. О том, что за его спиной теперь тоже висит абсолютно бесполезная катана, Мерсер старался не думать. Он вообще редко обращал внимание на свой инвентарь, куда больше полагаясь на биотику. Лучший способ убийства и самый смертоносный. Куда более мучительный, нежели пуля в лоб. Вышло так, что Мерсер всегда был садистом. Ему нравилось поочерёдно ломать человеку кости, добиваясь "раскаяния". И даже если цель приказали не трогать, он просто не мог не оцарапать её или не поранить. Он никогда не был создан для командной работы. Одиночка, зациклившийся на одном лишь устранении. Интересно, а как Шепард к таким относится?
Мысль о переходе под крыло к некоему Спасителю Галактики никогда не грела душу Алекса. Он даже не задумывался об этом до теперешнего момента. С другой стороны, если его "игры" всё же будут раскрыты, долго скрываться от "Цербера" он не сможет в любом случае. Закусив губу, мужчина развернулся к Джону, оглядывая его внимательно - лазурь тускло поблёскивает в свете ламп накаливания. Глаза слезятся.
Да бросьте - неужели этот кретин возьмёт в свою команду шизофреника с явными склонностями к жестокости и убийствам? Или у него и такие в своре побывали? Ай да мужик! Алекс едва подавил смех внутри себя и лазурь засияла чуть веселее, обращаясь из ледяного оценочного в хитрый, полный азарта взгляд. Он менялся так быстро, словно бы внутри бушевала буря - неустойчивость расположения духа Мерсера нередко давала повод для похабных шуток. Которые он весьма любил пресекать. Нож в спину? Нет, это не наши методы. Скрутить биотикой в бараний рог или избивать до того момента, пока череп врага не расколется, словно спелая дыня - вот это уже ближе к истине.
Бледный, с кожей, больше похожей на пергамент, он делает вперёд несколько шагов и заставляет себя скрыть улыбку. А ведь действительно, вместо Зевса явно нужно было называться Бледным - и к истине ближе и на героя какой-то старой книги очень похож. Что внешне, что характером. Усмешка упорно прорезается сквозь плотно сжатые губы. "Кто-то наблюдает", воет интуиция где-то в районе головы и холодным склизким комком спускается в желудок. Спасибо, удружила, блядь!
Ритм разговора сбивается, ускоряясь. Мерсер, нисколько не стесняясь взгляда, направленного на него (увы, определить "откуда", он не мог), продолжает рассказывать о интеграции и процедуре вживления. А тяжело вздохнув и протерев переносицу, резко обрывает свой рассказ, перескакивая на совершенно иные события - на Жнеца, которого организация "завербовала" недели две назад. Даже повреждённый, Жнец - страшное оружие. Продолжает он и о том, что эта тварь медленно пожирает умы большинства агентов и даже он сам, неустойчивый психически, начинает чувствовать ощутимые неудобства. Думает Призрак головой или всё таки жопой - вообще неизвестно.
И добавляет про себя: "но если меня сегодня поймают, перед смертью я это обязательно узнаю". А может быть, не станут убивать, а лишь вживят импланты, которые превратят опытного биотика в обыкновенную куклу под названием "полухаск".
Ощущение тревоги становится невыносимым, а Мерсер привык доверять скачкам своего звериного чутья.
- Джон. - с завуалированным раздражением бросает адепт и подходит к нему ещё на несколько шагов, хватая за локоть и подталкивая к двери. - Выматывайтесь отсюда. Быстро.

+1

8

Есть в этом мире вещи, друг от друга не разделимые. Свет и тень, Цербер и Призрак. А еще был Мерсер,с  которым всегда приходили проблемы. И весьма занятный приказ Призрака лишь подтвердил эту аксиому.
Откровенно говоря, Ленг не понимал, почему с этим адептом столько возни. Ну не был Алекс до такой степени полезным! Да даже если бы и был, риск, которому он каждый раз подвергает не только себя, но и работающих с ним людей и всю организацию в целом, слишком велик. Так что постоянные "сюсюканья" с этим разведчиком логичный разум Кая не воспринимал. Причем сюсюкаться приходилось именно ему. Это не добавляло очков симпатии в адрес адепта.
Но Кай Ленг, как и всегда, принял задание молча. Не в его правилах оспаривать приказы без веской на то необходимости. Конечно, будь у него такая возможность, приписку "взять живым" азиат бы вычеркнул, но, увы, пока это не входит в его полномочия. Так что в очередной раз приходилось изобретать велосипед.
И если раньше Алекс просто впадал в буйство, сейчас ситуация была намного серьезнее. И в глубине души Кай Ленг понимал - если все выйдет из под контроля, ему придется нарушить приказ и пустить пулю в лоб разведчику. Потому что Мерсер превысил все допустимые лимиты, теперь рисковал не он один, и даже не организация. Все зашло куда дальше...
"А если бы он прошел эту инициацию? Сложно предугадать, что начала бы вытворять его психика..."
Найти, проверить, обезвредить. По приблизительным подсчетам Ленга, вероятность того, что Мерсер "случайно переметнулся" - процентов восемьдесят. Нестабильность психики, возможно, страх предстоящей процедуры, сложность задания и подозрения Призрака. Подозрения до такой степени сильные, что посылают Ленга. Пожалуй можно прибавить еще пару процентов. Да, восемьдесят три. С половиной.
Вопреки всеобщему мнению, Цербер далеко не всегда уничтожал предателей.  Поддерживать такую легенду было несложно и очень выгодно, но если сотрудник действительно был полезен, ему может и сохраняли жизнь.  Каю не в первой было идти за потенциальным "смертником" и щедро дарить ему помилование.  Сегодня такой чести удостоился Мерсер. Вот только наврятли он ее добровольно примет...
Перед отправлением Ленг еще раз досконально изучил дело Мерсера, с поправками, дополнениями и последними анализами. Глянув на содержание увесистого файла, даже ничего не смыслящий в медицине человек поймет, что адепту место в лечебнице. До поры до времени это играло на руку Алексу, его внезапность и хаотичность поступков была весьма выигрышной стратегией. Однако теперь Мерсер стал слишком предсказуем в своей непредсказуемости. Ленг не мог просчитать бывшего напарника, но мог с определенной точностью угадать направление его действий.
Ярко выраженные суицидальные наклонности. Психологи давали Мерсеру пару месяцев. Да, "камикадзе" - один из любимых стилей разведчика. Еще пять процентов в пользу предательства Алекса.
Прибытие на Цитадель, не смотря на все ее системы безопасности, прошло без помех. Ленг уже не первый раз наведывался сюда, на запас у него было подобрано несколько неплохих личностей. Сейчас он был среднестатистическим рабочим, прибывшим на пассажирском лайнере. Не особо комфортно, очереди и храпящие люди, но зато надежно. К таким людям не проявляют лишнего интереса, что Ленгу и требовалось.
Организовывать слежку за Алексом азиат не спешил. Все таки Мерсер был разведчиком и мог без труда обнаружить хвост. Кай отслеживал действия агента удаленно, контролируя связи и переписку, наблюдая из десятков камер цитадели.  Как бы Мерсер не старался ускользнуть, его тень никогда не оставалась незамеченной.
О месте встречи Ленг узнал слишком поздно, так что не успел основательно подготовиться. Конечно, системы наблюдения, блокировка выходов и, на всякий случай, датчики пожаров, были уже в распоряжении фантома, но он бы предпочел еще парочку "дополнений". Хоть ему и не было указаний трогать Шепарда, этот "главный добряк галактики" вполне мог сунуться и помешать. 
"Случайная смерть будет зачтена мне в плюс или в минус? Призрак не акцентировал внимание на сохранении жизни капитана... в живых надо оставить только Мерсера. Значит будем действовать по обстоятельствам"
Засев в одном из соседних номеров,Ленг удобно расположился на каком-то кресле и уставился в уни-инструмент. Спектакль, развернувшийся за стеной, забавлял. Озадаченный Шепард и находящийся на границе между галлюцинацией и реальностью Мерсер.
"Ты мог убить его уже трижды, Алекс...а здесь, в замкнутом пространстве, тебе с твоей биотикой и вовсе не о чем задумываться...значит Призрак был прав..."
Опасения лидера Цербера действительно подтвердились, Мерсер без зазрения совести начал сливать информацию, быстро и хаотично, взволнованно перебирал губами, раскрывая одну тайну организации за другой. Ленг выжидал. Сигнала, звонка, намека. Возможно, Призрак ожидал, что азиат прервет Мерсера, едва тот заикнется о Цербере, но фантом так не поступил.  Не потому, что был уверен в смерти Шепарда или его здравомыслии. Так было нужно. Чутье, наверное.
Но "чутьем" обладал и Мерсер. Когда Алекс разблокировал дверь, Ленг уже стоял на выходе, заходя в комнату и , разумеется, блокируя выход из помещения. Визоры были подняты, открывая миру взгляд фантома.
- Жаль. Ты не прошел такую простую проверку, Алекс...Видимо, Жнецы действительно завладели твоим разумом. Мы же не можем рисковать. Так, капитан Шепард?
План Ленга был слишком ненадежен, основываясь на хрупком фундаменте из сплетения правды и блефа. Мерсер никогда не примет его правду, а Шепард может не проглотить блеф. Риск велик, но придумывать что-то еще было некогда.
"А ведь мы сработались...во всяком случае я. Подушка безопасности? Нет, спасательный тросик...на случай, если ты убежишь слишком далеко, Мерсер. Не лестно, Призрак..."
Ленг стоял расслабленно, всей своей позой показывая неготовность к бою. Никаких обманных маневров, скорее привычка. Скорости азиату всегда хватало, так зачем напрягаться заранее? тем более, что существует вероятность в пол процента, что Мерсер  одумается и не ринется в бой. Нет, четверть процента. Надо бы намекнуть ему об этом.
- Твою судьбу оставили на мое усмотрение, Алекс. Понимаю, ни одна наша встреча, даже случайная, не проходила без драки, но все же может ты удивишь меня под конец?

Отредактировано Kai Leng (2012-05-22 11:19:45)

+2

9

Вообще, было довольно сложно (да что там - практически невозможно!) представить, что агенты «Цербера» могут так запросто бескорыстно разглашать свои тайны. Тем более кому - Шепарду - человеку, который не смог по достоинству оценить вклад Призрака, и то, что он сейчас жив-здоров только потому, что когда-то был нужен загадочному лидеру террористов. И после того, как коммандер так наплевательски отнёсся к просьбе не уничтожать базу Коллекционеров, можно было ожидать, что отношения солдата Альянса до мозга костей и радикала, стремящегося любой ценой поставить человечество над всеми остальными расами, останутся не самыми дружескими. Исходя из этого, теперешний скептицизм был вполне оправдан и уместен. Даже когда информатор сказал о том, что они сочтутся позже, Шепард сомневался. Это, конечно, уже более похоже на верного идеалам «Цербера» бойца, но вот то, с какой лёгкостью тот готов был рассказать о том, что замышляют его товарищи... ну нет, как-то не складывается. В его - коммандера - голове, во всяком случае.
Что-то меняется в Зевсе - от былой агрессии почти ничего не остаётся, она сменяется... непонятно, что это, но бьющийся внутри него зверь неожиданно затих, являя офицеру совсем другого агента. Возможно, это связано с тем, что он, всё же, заговорил. В принципе, оно и понятно - сошка Призрака сливает сведения о действиях и замыслах "начальства". Не дать, не взять, волнуется. Да тут любой почувствует тревогу, зная о том, что обычно делают с "кротами". Знает и он. Конечно, имеет место быть ошибочное суждение, но такие перемены в поведении в данной ситуации Шепард может объяснить именно этим.
Информация, полученная в ходе рассказа информатора, удивляет. Вгоняет в ступор. Обилие пищи для размышлений, которую врядли получится переварить быстро. В таком случае, сейчас главное - запомнить. А подумать об этом можно будет позже. Наверное. Если у выхода Шепарда не поджидает толпа вооружённых до зубов головорезов. Если быть предельно откровенным с собой, то чувство того, что он попал в ловко расставленные сети, продолжает терзать коммандера, пусть он и усиленно старается этого не показывать, демонстрируя чудеса выдержки. Беспокойство, тревога, ощущение опасности и подозрение - всё это собрано в пульсирующий ком, который Джон всё пытается удержать где-то там, глубоко в душе. Пока что получается неплохо, а значит, что Спектр дослушает до конца.
«Цербер» усиливает своих солдат… используя технологии Жнецов! В голове не укладывается. Технологии самого страшного и опасного врага на службе у тех, кто как и все остальные будут уничтожены, если вовремя этому не помешать! Как они смогли? Чего Призрак хочет этим добиться? Рассказанного вполне хватило, чтобы породить новые вопросы, забив, тем самым и без того раскалывающуюся от навалившегося голову коммандера. Но ведь он не знает, что это ещё не всё.
Однако Зевс замолк. Ненадолго, но времени, пока он молчал, хватило на то, чтобы ещё сильнее почувствовать, что что-то не так. Он снова меняется. Переходит из одного состояния в другое, и так всё дальше и дальше. Можно было бы всё списать на проблемы агента со здоровьем, но сейчас почему-то верилось, что причина этому вполне материальна. Беспокойство за свою шкуру выходит на новый уровень?
«Чёрт возьми, да Призрак с ума сошёл!» - думал Шепард, когда информатор рассказывал об используемых средствах. А когда разговор неожиданно зашёл о повреждённом Жнеце, которого террористы обнаружили, и влиянии на большую часть сил «Цербера», он понял, что это именно то, о чём он думает.
- Одурманивание… - заключил Джон, покачав головой. Вот так, захотев использовать машину в своих целях, Призрак, сам того не ведая, передал своих бойцов в распоряжение так называемого «Исполнителя», который просто-напросто промыл им мозги. А Зевса, судя по всему, такое положение дел не устраивает, если он решил… как бы сказать… посодействовать, что-ли. Хотя назвать это содействием пока нельзя – нужно сначала выбраться отсюда.
Мысли. Одна за одной, обе складываются в третью, вновь распадаются на части, выстраиваются в разном порядке, вихрем кружатся вокруг одной, которая выхватывает из этого круговорота ещё одну… Слишком много всего. Мотивы Призрака, Жнецы, одурманенные солдаты, Зевс, задание Совета… как снежный ком на голову. Ещё и шестое чувство чуть ли не орёт благим матом, что сейчас точно что-то будет, а когда агент подтолкнул его к выходу с советом побыстрее уходить, сомнения окончательно развеялись.
Последней точкой стало появление третьего. Когда створки двери разъехались в стороны, он уже стоял у порога, преграждая путь. Шепард медленно шагнул назад. Можно было догадаться, что информатор будет не один, но вот стоило ли винить его в этом, тем более сейчас, когда по словам азиата нетрудно было понять, что друзьями он и Зевс явно не были?
- Ты ещё кто такой? – шаг в сторону, чтобы видеть обоих. Осторожность никогда не помешает, а сейчас сослужит добрую службу. Несмотря на то, что к бою никто пока не готов, расслабляться даже в мыслях не было. Правая рука уже была готова выхватить пистолет и направить его в сторону одного из подопечных главы «Цербера». Малейший повод – и Джон зацепится за него мёртвой хваткой.
Интересно, а что сейчас думает Зевс?

+1

10

музыкальное сопровождение: Celldweller - Gift For You.

"Не заговаривай мне зубы, Ленг. Прекрасно же знаешь, с-сука, что не выйдет."
Н-да. Мерсер громко цокнул языком и с явным неудовольствием воззрился на "полуночного гостя". Его откровенно смущала эта расслабленная походка, безупречно прямая спина и та лёгкость (грациозность?), с которой давний враг впорхнул в апартаменты. Но Зевса не обманешь этой лживой личиной - он-то знал, что эта дрянь в считанные секунды может превратиться из безобидной "бабочки" в жалящую смертельным ядом змею. А-а, контраст. Бесцветные визоры подняты (совсем не в стиле Ленга) и тёмный оникс безучастно рассматривает актёров. Спектакль, мать его! Скажи, Кай. Тебе жаль?
Мерсер облизывает пересохшие губы и горделиво вскидывает подбородок. В лазурное море стекает чёрный яд, клубами дыма растворяясь в стремительно вскипающей воде. Буря совсем близко - ты чувствуешь, как бушует ветер над водной стихией? "Конечно, чувствуешь. И тебе страшно - ибо это моя территория. Моя игровая площадка. Мой мир."
- Кто это? - издевательски тянет каждый слог Зевс, не отрывая взгляда от своего извечного противника. Он и сам не знает, чего в этом взгляде больше, что есть стержень и основа. Ненависть? Злость? Разочарование? Или, может быть, возбуждённое предвкушение схватки?
Мужчина вполне расслабленно потёр ладонью шею, разминая её - звонко хрустят затекшие позвонки, избавляя хозяина тела от неприятного ощущения застоя. Можно и к представлению приступить. Или ты ещё хочешь что-то сказать, дрянь? Давай же, сыграй в доброго сказочника. Сыграй в Красную Шапочку. И на этот раз я буду волком.
- Это Ленг. Лучший, - он выделяет это слово, делает на него бешеный упор. - оперативник Цербера.
Алекс всегда был достаточно болтлив, но сейчас в горле пересохло, а чесать языком он уже устал. Ему надоело вести бесполезные разговоры. Бесполезные, блять! Каждый из них знал, что никаких компромиссов не будет. Каждый из них знал, что море требует крови. Каждый из них готов был пожертвовать всем. Принести на алтарь любую цену ради победы. Ленг хотел услужить Призраку. Шепард хотел уничтожить Жнецов. Призрак, чтоб его черти драли, хотел Шепарда остановить. Все чего-то хотят, мать их. А Алекс... Алекс не хотел ничего. Кроме смерти. Ну а как умереть - он выберет сам.
Оперативник скидывает с себя плащ, отбрасывая его на диван - та же обманчивая свобода движений, та же лёгкость и ненавязчивость. Ты узнаёшь во мне себя, Ленг? Нет, не так. Тебе, чёрт подери, страшно, Ленг? Море закипает - на какую-то секунду Мерсер прикрывает глаза и по чернильной тьме проходится рябь. Он едва сдерживает смех. Ну здравствуй, Двойник. Чёртов пацан не отзывается - он сам не отзывается. Плохой знак. Что, пора умирать?
Красное чёрным стало,
Яд чинно по венам течёт.
Рыцарь с пробитым забралом,
В канаве сточной гниёт.
Адепт едва заметно морщится, задевая ладонью лезвие короткого клинка фантомов и мысленно замечает, что его лёгкая броня напоминает бронекостюм Ленга. Призрак что, прикалывался, когда выдавал ему новую униформу? Тот самый бронекостюм. Столько воспоминаний - и они лезут в голову, забивая мозги. Как не вовремя. Там должна быть лишь жажда крови. И ничего больше. Ливень, лифт, комки крови, забивающиеся в уголки губ. Язык саднит.
Похер, кто будет тюремщиком. У Мерсера свои планы на этот вечер.
Ветер взвивается в бездонное небо - море чернеет, обращаясь в вязкое болото и бушуя, пытается вырваться из липких пут. Буря бушует, а взгляд агента наливается кровью - имплант шумит в голове. Он отталкивает шёпот на границы сознания. Тот самый шёпот, который "сверлит" его голову день за днём. Сраная дрель. Биотике хватает нескольких секунд, чтобы разогнать заряд до умопомрачительных скоростей.
Бросок разрывает трубу и выносит Ленга в коридор - вместе с дверьми. Взрыв - осколки оцарапывают щёку. Хорошо, что Капитан отошёл в сторону. Он подхватывает человека под локоть и тащит к балкону. - На объяснения нет времени.
Чёрт подери, Алекс не любит высоту.

Переход к стоянке такси.

+1


Вы здесь » Mass Effect: Deep Space » Residential quarter | Жилой квартал » Апартаменты №36.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC