Mass Effect: Deep Space

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Mass Effect: Deep Space » Aron | Эрон » Восточный вход.


Восточный вход.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Восточный вход в исследовательский комплекс. Располагается там же, где и основная посадочная площадка. Ведет к помещениям охраны через воздушные шлюзы. Поскольку и сама посадочная площадка, и эти шлюзы располагаются выше всего комплекса, оттуда открывается вид на всю станцию.

0

2

Ход Марии Говардсон пропускается.

0

3

Чувствуя, как атмосферные слои прогибаются под весом челнока и он плавно садится на землю – или хотя бы какую-то твердую поверхность – Дитрих предвкушает. Рация молчит, пилот тяжелым басом напоминает цель задания, но Рейнхард его едва ли слышит. Руку теплит фляжка из крепкого железа, во фляжке – виски, и все, что занимает голову немца, это дымные мысли, но четкие образы. Мари резко перенаправили на другую миссию, когда челнок уже оторвался от посадочной станции, поэтому без старой подруги и практически напарницы будет работать сложнее. Или нет, по-другому. Скучнее. Задание отличалось от ряда других, но ведь Дит растет по извилистой служебной лестнице, а значит еще немножко и миссии будут сложнее, смертоноснее… Замечательно. Плохо только то, что хотелось курить, сделать пару глубоких затяжек и ступить на новую землю, но уже поздно – шлем на голову и вперед.
Жестом приказав ученому пилоту молчать, Дитрих поднялся с насиженного места, распрямил плечи, открыл дверь и, положив руки на бока, посмотрел вокруг. Он побывал на многих планетах, если к неравной двузначной цифре можно отнести слово «многое». Видел всякого рода ландшафты: каменный, скалистый, цветущий, как Земля весной, практически воздушный как Венера, да он даже на Марсе был, отбивая на красной пыли отпечаток форменных сапог. Но такое количество снега, хаотично набросанного слепым художником по земле – впервые. Дитрих не любил снег, Дитрих не любил слепоту, Дитрих не любил художников с их сумасшествием; даже при всем том, что он был тем еще заледеневшим айсбергом, читал исключительно в очках и может быть ненормальным психом, все равно не любил. Поэтому общая обстановка не радовала. Спрятав фольгу в один из множества отсеков на форме, мужчина вышагнул из челнока, достал со спины оружие и, дождавшись, пока Малена выйдет, он обратился к ней:
- Несмотря на то, что тут никого в помине нет, ты наготове будь, ага. Увидишь что-то - палить без разбору, но в ноги. Именно в ноги, не иначе.
Он был с этой девушкой на задании впервые. Слышал, конечно, о ней, как и о многих новобранцах и не очень, знал ее прозвище, которое по обычаю идет впереди имени. Самого Рейнхарда незнающие путали с Мерсером: как никак оба берсерки, оба рвут всех на любимый флаг, оба живы, а один так вообще в розыске. Тем не менее, новый человек мог оказаться весьма хорошим помощником. Главное чтоб не лезла когда ее не просят и реагировала когда нужно.
А еще перед Дитрихом стояла дилемма: уже начинать пить пока никакая тварь не вылезла или еще немножко подождать. Сюда должны были прилететь и «альянсы», как ласково и со злорадной ностальгией вспоминал Рейнхард, а встреча со старыми знакомыми может окончиться неплохой вечеринкой. Предвкушение расцветало в груди нетерпеливой дырой, но немец старался контролировать все эти порывы. Это тяжело: жить и справляться со всеми трудностями, а когда видишь потенциальную угрозу – не кинуться на нее с распростертыми объятиями.

+1

4

Рут, закрыв глаза и нахохлившись, сидела в своем уголке белой лабораторной мышкой, тенью, зомби, которому еще не настало время выползать из теплого земляного убежища, и требовать у окружающих (по большей части отсутствующие) мозги.
Правда, "убежище" нельзя было назвать ни теплым, ни земляным. Да что говорить, эта продуваемая всеми ветрами, болтающаяся в воздухе жестянка даже и под громкое имя "убежище" не подходило никаким боком. Это заставляло нервничать.
Да и что там, почти все заставляло нервничать. Расслышать музыку, идущую из наушников, не ставя максимальную громкость, было невозможно из-за машинного гула, что заставляло Зомби чувствовать себя как минимум неполноценной, и не давало облегчить себе задачу по запоминанию спутников. Приходилось вглядываться в лица, и если кто-либо замечал, что Рут уставилась на него (а по-другому она не могла, лихорадочно выискивая в смазывающихся чертах ну хоть что-нибудь), то это невероятно ее смущало, а смущение, в свою очередь, отнюдь не радовало.
Не радовала и сложившаяся ситуация, отнюдь нет. Не радовала - пугала. И чем дальше, тем больше.

Судя по всему, собиралась команда в спешке; безумная гонка со временем и Альянсом, вот что это было, хоть последний соперник о ней и не подозревал. Ноосферу буквально выцепили на посадке в челнок до Цитадели, где вскоре должны были начаться очередные репетиции. В предпоследний день перед отправлением исследовательской группы, да. Выцепили, вцепились и потащили прочь, не обращая внимания на тихие протесты, стук довольно-таки увесистого футляра скрипки и вещей, а после заставили стащить наушники, хотя Рут и так все прекрасно слышала, и начали лихорадочно расписывать ситуацию. Судя по всему, в последний момент с тем, кто должен был ехать вместо нее, что-то случилось...
Обычная история, да вот только Ноосфера бы предпочла, чтобы это случилось с кем-нибудь другим. Сначала - из-за того, что могла не попасть на начало репетиций; но после более-менее полной картины, расписанной ей, как информатору - от стойкого чувства, что она лезет не туда, совершенно не туда, куда надо, и что ей повезет, если она вообще хотя бы не испортит ничего, не то чтобы поможет. После прочтения списка тех, кто едет, ощущение закрепилось почти намертво.
"Куда ты, чучело? Сиди, пиликай на скрипке, да не высовывайся," - приговаривал ее здравый смысл, да только Цербер, вселенская ноосфера, и вообще все подряд, были против.
Оставалось только молиться, чтобы все сложилось благополучно. Ну, или не все. Хотя бы часть. Хотя бы малюсенькая часть.
Вселенная, пожалуйста, а?

Вселенная не ответила, зато они наконец начали снижаться. Рут приоткрыла один глаз, осматривая обстановку и вслушиваясь в слова пилота (делавшего, по существу, ее работу) - пусть задание она знала, но надеялась, что услышит что-то новое. Тем более, голос его ей  нравился - напоминал какую-то из череды песен, слушавшихся недавно. Она вспомнит ее и "привяжет" ее к пилоту, к самолету сразу, как наденет наушники...
Но не сейчас.
Тем более, говорил пилот недолго, ибо Дитрих - берсерк, очень высокий, белый, светлый, фляжка, запомнить, запомнить! - с потрясающей небрежностью оборвал его одним жестом, едва они сели, а после распрямился в свой немаленький рост, и шагнул в сияющую снежную пропасть.
Ну, как, пропасть. Снега там действительно было очень много.
Ноосфера неуклюже выскользнула из челнока последней, неловко оправляя пистолет, висящий на поясе и непривычно оттягивающий его вниз, и все время порываясь поправить отсутствующий "гроб" со скрипкой, которую оставила на базе Цербера. Наушники уже были надеты, но молчали: Рут слушала слова Дитриха, обращенные к Малене, - славную девушку называют кроганшей, печальное лицо, темные волосы, что еще, что еще, что еще?! - и, разумеется, брала на заметку. Ушки на макушке, стрелять в ноги, если что. Есть, сэр.
Разумеется, вслух ничего Рут не сказала, вообще не подала виду, что что-либо слышала - лишь тихо щелкнула пальцами, включая музыку, ибо, судя по всему, никто больше ничего важного сказать не хотел.
Негромкий, слегка беспорядочный звук, похожий на легкие помехи, медленно нарастал, обретал мелодию, ритм, объем, заставляя Рут замереть, уставившись на белый-белый снег под ногами.
Cool head get readу...

+3

5

Холодно. Слишком холодно, чтобы жить.
Когда всю почти всю жизнь проводишь в помещении наедине с приборами атмосферные осадки воспринимаются, как нечто отдаленное и абстрактное. Янссен было непривычно находиться в таком месте, где она не может отрегулировать температуру, нажав пару кнопок на панели управления. В безуспешных попытках согреться, она всю дорогу просидела обхватив себя руками и с показательной обидой на весь мир. Создатель этого мира, кем бы он ни был, допустил серьезную ошибку, не добавив в исходный код функцию контроля погоды. С фразами-параметрами: скажешь одно непечатное слово в адрес зимы, и тут же настанет лето, или весна хотя бы.
В размышлениях, как устранить баги в несуществующем коде мира, она и провела всю дорогу. Кажется, пилот что-то говорил о цели задания, но об этом ещё на станции сказали раз пять, не меньше. Когда Церберу нужна какая-то технология, босс высылает на её поиски отряд. И было бы логично, если бы в него вошло с полдюжины штурмовиков, два-три боевых (именно боевых, а не тихих и миролюбивых!) инженера и кто-нибудь с мозгами, чтобы всей этой оравой управлять. Но в этот раз всё было интереснее. Как формировался отряд, Малена не представляла - впечатление такое, будто команду собрали за минуту, методом рандома выбрав кандидатов из тех, кто в тот момент находился на станции и не имел назначения.
Янссен доводилось читать досье обоих спутников, находящееся в открытом доступе - хотя, возможно, и не в открытом, но пароль в семь символов просто умолял, чтобы его взломали. Девушка, Рут, музыкант, из приемной семьи, про ее характер и способности написано предельно кратко. В целом, из того описания у Малены сложилось впечатление, что Рут, так же известная как "Зомби", личность интересная, хотя и странная. Вряд ли между ними может возникнуть конфликт, только если "Зомби" начнет охоту за Мозгом, что маловероятно, ибо последний всего лишь непригодный в пищу дрон. Второй, потенциальный командир, в глазах Янссен представлял собой типичного церберовского штурмовика. Вот он, шанс своими глазами увидеть, как пьяные (фляжка в глаза почему-то бросилась сразу) солдаты разносят в пух и прах казенное оборудование. К этим двоим и привязали Малену, жестоко перебросив её из предсказуемого и подверженного управлению виртуального мира в мир реальный, непредсказуемый, засыпанный снегом и заставляющий мирного инженера взяться за пистолет.
Выбираясь из челнока, Янссен в очередной раз убедилась, насколько её обычная одежда удобнее брони. Движения были замедленными и скованными - хотя, возможно, причиной тому было то, что довольно долгое время она просидела в неподвижности в самом транспорте. Дрон бесшумно выплыл следом.
Услышав слова Дитриха, обращенные к ней, Малена сначала удивленно приподняла брови, а затем фыркнула и помотала головой.
- Я инженер, причем не боевой, а не солдат, - заметила она. - В этой операции ты пушка, я - мозги, - для большей выразительности Янссен ткнула указательным пальцем в район правого виска.
Да, на поясе, конечно, неуютно болтался пистолет, но по возможности она не хотела бы пускать его в ход. Тут присутствуют ещё двое служащих Цербера, да и дрон кое-что умеет: иными словами, кандидатов для "пострелять в ребят из Альянса" достаточно. Может, Дитрих и говорит, что тут никого, но сигнал-то был перехвачен практически одновременно.
- Мозг, просканируй местность на наличие людей, - обратилась она к дрону. На первый взгляд, пусто. А на второй?..
Янссен бросила взгляд на доставивший их сюда челнок и позавидовала пилоту, чья задача сводилась к тому, чтобы возить оперативников туда-сюда. Чётко и ясно. А что делать ей - чуть ли не впервые высланному на задание инженеру - пока что не особо понятно.
Малена бросила взгляд на Дитриха. По законам войны первым всегда выступает пушечное мясо. Или же сама пушка, если угодно.

0


Вы здесь » Mass Effect: Deep Space » Aron | Эрон » Восточный вход.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC